Интервью Тони Айомми 2011

Материал опубликован в журнале Classic ROCK № 92

Ходит легенда, что во время интервью, данному Тони Айомми одному нашему соотечественнику, прославленному гитаристу хватило лишь двух вопросов, чтобы он прекратил беседу. И, якобы, с тех пор он совершенно не горит желанием иметь дело с российскими СМИ… Подобная страшилка, рассказанная накануне нашего планируемого разговора, возымела действие, сравнимое с самыми мрачными творениями маэстро Айомми. И поначалу я с замиранием сердца гадал, какой же мой вопрос может оказаться последним…
Но не так страшен чёрт, как его малютка (тот самый, по-видимому, что кривится на обложке Born Again). Тони заметно смутил лишь один вопрос, а некоторые так и вовсе заставили его улыбнуться. Впрочем, главное было правильно начать – ведь…

Слова: Павел Потапов

Поскольку это интервью приурочено к релизу вашего последнего концертного диска, 30 Years Of Heaven & Hell, который был записан на фестивале Wacken Open Air, какие воспоминания остались у вас о том выступлении?

Великолепные воспоминания, если честно. Не только то шоу в частности, но и весь тур в целом были сплошным удовольствием. Ну и выступление на Wacken, конечно, оставило самые положительные эмоции – в том числе и потому, что этот фестиваль отличает высокий уровень организации. Это громкое событие, внушительная толпа… Очень здорово.

Фестивали, подобные этому, делают очень доброе дело, собирая воедино тяжёлые коллективы из разных периодов. Испытываете ли вы какие-нибудь сложности с тем, чтобы заинтересовать молодёжь из числа любителей современного металла, или же вас всегда выручает ваш статус «крёстных отцов» этого стиля?

Ну что ж, к счастью, до сих пор мы ни разу не сталкивались с подобными проблемами. Публика превосходно реагировала, и мы собрали множество как новых, молодых фэнов, так и более закоренелых. Так что, нет – всё, напротив, прошло чрезвычайно успешно.

Огромное количество групп и гитаристов в частности называют вас человеком, оказавшим на них огромное влияние, считая вас образцом для подражания. А можете ли вы сказать, что кто-либо из ваших последователей из 80-х, 90-х и так далее оказал, в свою очередь, влияние на вас?

Вполне может быть. Есть много превосходных групп. Скажем, Metallica – я их очень люблю. И они, например, вполне могли оказать влияние. Наверняка. Порой, возможно, что какие-то люди влияют на тебя, даже если ты об этом и не задумываешься.

В середине восьмидесятых вы пытались оставаться на плаву, начав исполнять более легковесную музыку, где присутствовало много синтезаторов и даже любовная лирика. В то время как последний ваш студийный альбом, The Devil You Know стал, вероятно, самым тяжёлым вашим творением. Было ли это также вызвано желанием прозвучать солидно на нынешней металлической сцене?

Скорее это было вызвано желанием вновь отправиться на гастроли с данным составом и записать альбом, который бы отражал нашу суть, и понравился бы нам самим. И тот альбом стал таковым. К тому же мы с большим удовольствием писали этот материал. Лично я получил огромное удовлетворение от самого процесса работы с этими ребятами.

Позвольте, немного сменить тему. Существует множество набожных людей, считающих, что хэви-метал вредит здравию души, что его приспешники попадают в ад, и прочие глупости. А вы когда-нибудь всерьёз задумывались о вероятности какого-то наказания или расплаты за использование всех этих символов и изображений, и за обращение к тёмным темам в ваших песнях?

Я не совсем понял…

Ну, проще говоря, считаете ли вы справедливым мнение, что хэви-метал может быть во вред?

Я так не считаю! Уж наша музыка точно не несёт никакого вреда. Если говорить о каких-то частных случаях – то такова уж жизнь. Если вам это чуждо – так просто не слушайте. Всё ведь очень просто, право. Опасным может оказаться что угодно, если так к этому относиться… скажем, фильмы… да и сама жизнь в общем. От этого никуда не деться.

Интересно, а существуют ли у вас какие-то ритуалы перед выходом на сцену? Конечно, под «ритуалами» я подразумеваю не зажжение чёрных свечей и рисование пентаграмм – а, например, прослушивание какой-то определённой музыки или же просмотр каких-то фильмов.

Нет, и никогда не было. Перед выходом на сцену я – если говорить конкретно про меня – пытаюсь привести себя в должное умонастроение перед грядущим концертом. Сперва я какое-то время разминаюсь, после чего стараюсь немного расслабиться. Порой я наигрываю какую-то лёгкую музыку. Но чаще всего просто играю упражнения, разогреваюсь и отдыхаю перед выходом. Я не люблю ни с кем видеться до выхода на сцену. Скажем, если к нам на шоу приходят какие-то гости, я стараюсь не общаться с ними до начала. Потому что это сбивает меня с моего настроя. Вот по окончании – с удовольствием, но до выхода – я предпочитаю, скажем так, помедитировать, настроиться на выступление.

Именно по этой причине вы отказались от любого общения с прессой, когда были в Москве в 2009-м?

Если оно планировалось перед концертами – то скорее всего. Потому как мы не особенно любим заниматься этим до выступлений. Ведь весь день – это как бы своеобразная подготовка к шоу. Так просто легче – ведь ты должен думать о том, что ждёт тебя вечером. И ты пытаешься сконцентрироваться на этом. А если начать давать интервью и тому подобное перед концертом, то это собьёт весь настрой. Раньше я на это соглашался, да и сейчас нам время от времени приходится это делать, но лично я это не приветствую. После концерта – совсем другое дело.

Думаю, вы понимаете, что я никак не могу не спросить относительно покинувшего нас не так давно Ронни Дио. Можно предположить, что вы уже отвечали на подобный вопрос тысячу раз за последний год, но поскольку это, возможно, первое ваше интервью российскому изданию за долгое время, не могли бы вы, пожалуйста, рассказать и нашим читателям, что Ронни значил лично для вас?

Лично для меня? Настоящий человечище. Очень талантливый. Безо всякого сомнения заслуженно любимый. Я с ним всегда очень хорошо ладил. Мы здорово работали командой: как музыканты и как друзья. Мы все были очень близкими друзьями. Это великая потеря. Просто невероятная.

Очевидно, что новый концертник можно считать последним диском проекта Heaven & Hell. Но можем ли мы надеяться услышать в будущем какие-то неизданные песни?

Нет, поскольку таковых просто не существует. У меня есть кое-какие наработки, которые мы собирали за последние годы, но так, чтобы целые песни – таких нет. Мы ничего просто так не записывали. Мы всегда писали сразу альбом – то количество вещей, которое нужно для полноценной пластинки. У нас никогда не было такого, чтобы мы записали 15 песен, из которых потом выбрали бы 8. Мы всегда писали именно то количество, которое было необходимо для альбома, и старались сделать их как можно лучше. Посему у нас нет никаких «не вошедших» вещей.

Какое-то время назад состоялся концерт памяти Дио, на котором вы выступали вместе с Гленном Хьюзом и Йорном Ланде – это был одноразовый проект, или же есть вероятность подобных союзов и в будущем?

Нет, скорее просто одноразовая акция, которую мы хотели посвятить Ронни. И мне кажется, что они великолепно справились. Йорн – отличный вокалист. Как, собственно, и Гленн. Просто с Гленном мы много сотрудничали в прошлом, а вот с Йорном это было впервые. Получилось здорово, но мы не думали повторять что-то подобное в будущем. Хотя кто знает, что оно готовит нам, это будущее? Я всегда открыт различным предложениям, однако сейчас таких планов нет.

Пару лет назад я брал интервью у Гленна, и тот признался, что если когда-либо он и будет делать что-то в жанре хард-н-хэви, то только лишь с самим «мастером риффов» Тони Айомми.

[Cмеётся] Гленн – мой хороший друг. И мы всё время на связи. Так что если мы задумаем что-либо делать, уверен, что всегда друг друга поддержим. Всё лишь упирается в то, чтобы правильно совпало время. На данный же момент мы оба очень заняты: он занимается делами своей группы, ну а я занят, в свою очередь, кучей своих.

А не могли бы вы поделиться, над чем именно сейчас работаете?

Да по сути, просто пишу – на сегодняшний день это лишь масса риффов. У нас сейчас многое в процессе подготовки. Но я даже не могу с вами этим поделиться, так как мы и сами пока не знаем, какой всё примет вид. Сейчас поступает множество предложений, и все они крайне интересны.

А когда вы говорите «мы», вы имеете в виду музыкантов Sabbath или Heaven & Hell? Возможно, Гизера [Батлера]?

Да, речь обо мне и Гизере. Мы в любом случае будем с ним продолжать сотрудничество вместе. Возможно, это будут Гизер, я и Винни… Сложно сказать – сейчас существует так много вариантов. Я ничего не могу сказать, только потому, что и сам без понятия. [смеётся]

Когда Оззи гастролировал в России в 2007 году, мне удалось побеседовать с его ассистентом, которого также зовут Тони – полагаю, вы с ним знакомы. Так вот он поведал тогда, что Оззи планирует вернуться в Россию в 2008-м вместе с Black Sabbath. Однако уже в то время существовал проект Heaven & Hell. Отсюда вопрос: была ли какая-то реальная почва под теми его утверждениями?

Да нет, мы не планировали ничего тогда… В настоящее время мы все ведём какие-то переговоры с разными людьми о своих будущих планах. Но могу уверить, что относительно 2008 года никаких разговоров не было.

Лично с моей точки зрения – да и, думаю, что не только с моей – одним из самых странных составов Black Sabbath был тот, в котором пел Иэн Гиллан. В то же время в своём интервью он сказал мне, что для него было большим удовольствием как работать, так и отдыхать с вами. С вашей же точки зрения, какой состав – либо же период – в истории Black Sabbath был наименее приятным?

Да у меня связаны хорошие воспоминания практически со всеми составами. Должен сказать, что последняя формация – с Гизером, Винни и Ронни – была очень крепкой, и к тому же отличалась добрыми отношениями внутри коллектива. У нас была крайне хорошая группа музыкантов, великолепный вокалист, и нам очень ладно работалось, что приносило огромное удовольствие. Ведь ты уверен, что вместе с тобой на сцене – профессионалы, которые знают, как делать свою работу. И которые сообща выдают превосходную музыку. Поэтому для меня этот состав стал кульминационным. Но, опять же, мы отлично проводили время и тем составом, с Иэном Гилланом – но там уже была немного другая история. И всё же думаю, что самый последний состав с Дио лично для меня был превосходным. Ну и, разумеется, оригинальная группа. Опять-таки, когда мы вновь собрались вместе, всё было очень и очень здорово. Мы все переживали эмоциональный подъём, потому что снова играли оригинальным составом спустя столько лет. Было необычайно здорово.

Вы выступали в СССР в 1989 году и в современной России в 2009-м – в чём, с вашей точки зрения, разница между двумя этими визитами?

О, между тем разом, когда мы впервые посетили Россию, и последним разом разница невероятна. Сейчас ваша страна стала более адекватной, что ли, мне очень понравилось… Правда, мне понравилось и тогда, но в последний раз было вообще душевно. Мне по нраву, что люди теперь более открыты и идут на контакт.

Бытует один загадочный слух – не знаю, насколько он правдивый, потому и решил спросить у вас – о том, что тогда, в 1989-м вы записали один из ваших концертов, но ту запись у вас то ли украли, то ли изъяли…

Мы записали кое-что из наших выступлений в «Олимпийском», и тот материал у нас действительно украли. Так что да – было такое дело.

Помнится, вы лично также выступали у нас вместе с группой «Земляне» году в 2006-м. То было несколько необычное мероприятие, потому как многие поклонники Sabbath или же ваши персональные поклонники расстроились, что вы играли там всего одну песню. А многие не только не смогли на него попасть, но даже и не знали о нём заранее. Как же случилось то выступление?

Они позвонили в мой менеджмент и спросили, не сыграю ли я с ними Paranoid. Я даже и не знал, что ответить, потому что это не в моей обычной практике – выйти и исполнить всего одну песню… ведь, как правило, если я участвую в концертах, мне хочется, чтобы песен было побольше. Но там был такой формат, поэтому я сыграл с ними только Paranoid. В общем, за этим не стоит никакая увлекательная история – меня просто попросили сыграть, что я и сделал.

Смею предположить, что нашим читателям было бы интересно узнать Тони Айомми со стороны «простого человека». Ведь обычно все задают вам вопросы про Black Sabbath, про риффы, которые вы написали, а могли бы вы немного приоткрыть для нас какие-то житейские факты, рассказать о своих увлечениях?

Боюсь, нам не хватит на это времени. Моя «другая половина» таит в себе много всего разного. Мне нравится моя домашняя жизнь. Обожаю гулять, видеться с друзьями, ходить в гости, ну и бывать со своей семьёй – как и все, наверное. Ну а с другой стороны я люблю работать, играть, творить… Много чего, на самом деле, но, как я уже и сказал, у нас не осталось времени, чтобы вдаваться в детали. Поэтому читайте мою книгу, когда она выйдет.
Спасибо за то, что были с нами все эти годы. Мы непременно хотим выступить в России ещё – мне необычайно понравилось, у вас чудесная страна. Поэтому я надеюсь вернуться, и мы совершенно точно это сделаем!

Темы: Tony Iommi
Другие материалы:
  • Tony Iommi: «Я рад сотрудничеству с Monitor Audio..» «Я рад сотрудничеству с Monitor Audio – ведь я большой поклонник их колонок. Компания Monitor Audio привнесла много нового в аудиоиндустрию за последние 35 лет, и мне безумно интересно быть частью этого!». Тони Айомми,…


Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность оставлять комментарии